СВЕТЛАЯ ПАМЯТЬ ОБ ИСТИННОМ ПАТРИОТЕ

СВЕТЛАЯ ПАМЯТЬ ОБ ИСТИННОМ ПАТРИОТЕ15.07.2021

СВЕТЛАЯ ПАМЯТЬ ОБ ИСТИННОМ ПАТРИОТЕ

Гражданин Апсны

Очерк об одном из достойных представителей нашей технической интеллигенции я не хотел бы начинать с печальных слов. Но, увы, приходится. Коварнейший враг человечества – COVID-19 – не пощадил многих пожилых людей, в числе которых оказался волею судьбы мой добрый родственник Капитон Амичба.

Есть несколько характерных черт, определяющих достоинство личности. Это в первую очередь: доброта, порядочность, справедливость. На мой взгляд, авторитет Капитона Естатовича Амичба складывался именно из этих ценных и редких качеств. Я помню его с юных лет. Оставаясь со старшей сестрой Светланой во время летних школьных каникул в с. Джгиарда у родителей моей матери Тамары Амичба-Зантариа, я имел возможность наблюдать, как работали не покладая рук ее братья Валико, Капитон, Беслан, Маврик. Жили они в Сухуме, но, приезжая в выходные дни или во время отпуска в родное село, трудились, как говорится, до седьмого пота. Забот и хлопот по хозяйству хватало: сады и огороды требовали постоянного ухода. Но больше всего приходилось выкладываться на кукурузном и табачном полях. Ну и мы с моей сестричкой помогали им чем могли. Времена были тяжелые, без помощи родственников моей рано овдовевшей матери нелегко было ставить нас на ноги. Жили мои дяди в живописнейшем месте, неподалеку от горной речки Дгамш, в утопающем в роскошной зелени холмистой местности. Частенько мне снятся те добротные старинные дома, раскидистые кроны грецкого ореха, веселое и неугомонное журчанье родника, к которому мы с сестрой спускались набирать в глиняные кувшины чистую и мгновенно освежающую воду.

Вечерами, чтобы отряхнуться от усталости, родственники всей компанией собирались в доме у моего деда Пони Амичба или его брата Естата. Помню, за скромной, но на редкость вкусной хлебсолью до поздней ночи мирно, проявляя великое уважение друг к другу, мои родственники обсуждали самые что ни на есть насущные проблемы в основном хозяйственные, бытовые, но временами затрагивали и политические темы. Задушевные беседы прерывались иногда азартной игрой в нарды. Равнодушным к политическим вопросам не мог оставаться никто, тем более что семьи двух братьев, – отца и дяди моей матери – не понаслышке знали, что такое сталинские репрессии.

В 1936 году был арестован по сфабрикованным делам и расстрелян их родной брат Мекти Сааткериевич Амичба, соратник Н.Лакоба и Э.Эшба, видный революционер, один из создателей абжуйского молодежного движения в поддержку отряда «Киараз», а в 30-е годы – начальник управления шоссейных дорог Абхазии, член правительства. Подвергалась преследованиям и семья репрессированного, о чем подробно пишет в своих воспоминаниях кандидат геолого-минералогических наук Тамара Мектиевна Амичба, пользующаяся широкой известностью в российских научных кругах.

Внимательно слушая мирные беседы моих добрейших родственников, я заметил, что Капитон Естатович был всегда сдержан в эмоциях, он обладал редкой культурой слушать, никогда не прерывал собеседника. Начинал выражать свое отношение к тому или иному вопросу, когда убеждался, что все высказались, выговорились. Своим мнением, своей точкой зрения он делился не спеша, вдумчиво, процеживая каждое слово. Никогда я не замечал, чтобы он высказывался категорично по каким-либо нюансам, деталям, в которых еще не до конца разобрался. Во всем ощущались его природная мудрость и прагматизм, точнее, практицизм мышления. И даже в самых, казалось бы, обычных хозяйственных делах, в том числе и садоводческих, чувствовался его почерк, его аккуратность во всем.

Я запомнил Капитона Естатовича человеком физически крепким, всегда подтянутым, с открытым, сияющим от большого человеколюбия лицом. Такую бодрость сохранил он и в пожилом возрасте.

Но помимо всего этого, у него были такие необходимые для каждого уважающего себя человека, истинного патриота качества, как принципиальность, непоколебимость и жесткость, когда это касалось не только лично его, но и судьбы всего народа, всей Отчизны. Этот стержень, эта неотступность достаточно крепко проявились у Капитона Амичба во время событий 1989 года, когда он лицом к лицу столкнулся с оголтелым шовинизмом, политикой неприкрытого и циничного преследования лиц абхазской национальности.

Как известно, подобная установка шла из Грузии, от Тбилисской метрополии, публично поддерживавшей пропаганду мононациональной идеи. Печать того периода пестрит призывами «Грузия – для грузин», откровенно фашистскими выпадами против абхазов, осетин, русских, греков. Многие помнят, как грузинское телевидение чуть ли не каждодневно раздувало антиабхазскую истерию. Даже Грузинская церковь была поставлена на службу этой махровой идеологии.

Именно в этот период углублявшейся грузино-абхазской конфронтации, провоцируемой тбилисскими неформалами и их провластными приспешниками, Капитон Естатович работал главным инженером государственного предприятия «Гулрыпшгаз». Имея немалый опыт руководителя (20 лет управления организацией в должности главного инженера) этой весьма сложной и специфичной отрасли, он обеспечивал высокую трудовую дисциплину, проявлял требовательность к коллективу, обеспечивал вместе с ним четкое и бесперебойное функционирование системы. Об этом свидетельствует тот факт, что ему Указом Председателя Президиума Верховного Совета Абхазии В.О. Кобахия (от 30 октября 1985 г.) за долголетнюю плодотворную работу в газовом хозяйстве было присвоено звание заслуженного работника жилищно-коммунального хозяйства Абхазской АССР. От имени Президиума Верховного Совета СССР К.Е. Амичба был награжден юбилейной медалью «За доблестный труд в ознаменование 100-летия со дня рождения В.И. Ленина» (от 4 апреля 1970 г.), также медалью «Ветеран труда». Дважды избирался депутатом Сухумского городского совета. Был членом КПСС с 1963 г., на отлично закончил вечернюю партийную школу в г. Москве (1963 г. – за время прохождения службы в рядах Советской армии). Избирался секретарем партийной организации госпредприятий «Сухумгаз» и «Гулрыпшгаз».

Но когда по указке из Тбилиси началась целенаправленная кампания по дискредитации абхазских национальных кадров, подобострастные исполнители этой грязной политики закрывали глаза на любые заслуги и, не гнушаясь ничем, пускали в ход испытанный метод навешивания всевозможных ярлыков. Все это приняло еще более жесткий характер после июльских трагических событий 1989 г., спровоцированных принятием незаконного решения об открытии филиала ТГУ в Сухуме и разделении АГУ по национальному признаку.

Недавно я внимательно ознакомился с протоколами так называемых общих собраний коллектива управления «Гулрыпшгаз» (от 23 августа 1989 г.), совещания у управляющего треста «Абхазгаз» и т.д. Мне важно было глубже изучить атмосферу нагнетавшегося тогда в Гулрыпше психоза, хотя о многих деталях тех инсинуаций я слышал непосредственно от самого Капитона Естатовича.

«Разборки» зачастую проходили в присутствии самого главного инженера. Их инициаторы и участники требовали недопущения главного инженера на работу, выражали ему «недоверие». Из выступлений людей, получивших задание «любой ценой» обвинить, опорочить порядочного, системного, чистоплотного во всех отношениях человека, явствует клеветническая лживость, сфабрикованность и авантюристичность обвинений в «национализме», в «причастности» к разжиганию межнациональной розни и т.д. Некоторые выступления, судя по состряпанным протоколам, были до того иезуитскими, что в них главный инженер предприятия представлен как человек, «аккуратно» выполняющий свои служебные обязанности, но якобы «активно» участвующий в антигрузинской пропаганде, призывающий к «кровопролитию» и т.д. В то же время «протоколы» свидетельствуют о том, как мужественно, достойно, отметая все домыслы и слухи, надуманные компроматы и обвинения, на этих «собраниях- судилищах» Капитон Естатович доказывал свою правоту, объективность, шовинистическую суть всех этих инсценировок. Он приводил серьезные контрдоводы и факты. «Не то время, когда судьбу человека решала тройка…» – заявил он твердо на одном из таких «заказных» разбирательств. Одновременно он обращался с обстоятельными письмами в Генеральную прокуратуру Абхазии, в органы госбезопасности, на имя Председателя Комиссии Верховного Совета Абх. АССР по расследованию событий (1989 г.) Александрову В.Е. В этих обращениях выдвигалось требование о принятии законного решения.

В знак поддержки Капитона Естатовича и протеста против состряпанных против него обвинений была парализована работа всех контор «Абхазгаза». Инициатором этой акции был Амичба Заур Кажович, который возглавлял «Гудаутагаз». Этот факт значительно повлиял на сложившуюся ситуацию.

Понятно, что все эти структуры сверяли свои действия с тбилисским начальством, с позволения (и зачастую при активном содействии) которого и вершилась вся эта вакханалия беззакония. Из переписки с прокуратурой Гулрыпшского района видно, что из всех структур, имевших прямое или косвенное отношение к данному «разбирательству», более объективную позицию занимали некоторые ответственные представители районного руководства. Хотя, насколько мне известно, некоторые работники Гулрыпшского райкома партии, преимущественно абхазской национальности, сами подвергались умышленным нападкам.

В конечном итоге Капитон Естатович выдержал эти нелегкие «испытания», остался принципиальным и последовательным до конца. Находясь в то время в должности главного редактора Абхазского телевидения, входя в правление НФА «Аидгылара», я неоднократно сталкивался с фактами подобного издевательства над неугодными. Помню, в какое «искательство ведьм» превратилась вся эта политическая «свистопляска».

Во время Отечественной войны народа Абхазии 1992-1993 гг. Капитон Естатович вносил свою достойную лепту в освободительную борьбу. Ни одного дня не сидел он в ожидании поручения начальства. Сам проявлял инициативу и помогал тылу чем мог. Народный артист Абхазии Шалва Гицба вспоминает о том, как тылу понадобилась помощь в выгрузке муки. На тот период директором Пицундского хлебзавода был Анатолий Асабуа, который при встрече с Шалвой Гицба попросил собрать людей. Так вот, Капитон Амичба был не только в числе тех, кто выгружал муку. Он также постоянно помогал в погрузке и выгрузке боеприпасов, участвовал в подготовке условий размещения добровольцев с Северного Кавказа на Гудаутской базе отдыха «Осетия».

Капитон Естатович входил в состав Пицундской береговой роты Батальона береговой охраны, насчитывавшей 120 человек из числа беженцев. Штаб дислоцировался в здании Пицундского детского сада. Командиром роты был Айба Анатолий Васильевич, а его заместителем Амичба Лев Кажович. Созданный резерв по заданию командования неоднократно направлялся в зону боевых действий на Гумистинско-Эшерском направлении, с.Шицкуара. Входил в группу, которая занималась обеспечением боеприпасами тяжелой артиллерии. Во время боевых действий (авианалетов) вместе с друзьями помогал загонять в тоннель (пещерное укрытие) пушку и иное артиллерийское оружие. Все это происходило быстрыми темпами, так как территория просматривалась и обстреливалась грузинскими снайперами. Одним словом, он всегда был готов к выполнению любого поручения штаба и тыловых структур.

После войны Капитон Амичба, не дожидаясь стабилизации обстановки, сразу же, засучив рукава, взялся за восстановление инфраструктуры газового хозяйства столицы нашей республики, подвергшейся серьезнейшим разрушениям в результате боевых действий. Он рассказывал порой своим родным и близким о трудностях, с которыми ему и его друзьям приходилось сталкиваться при возвращении собственности госпредприятия «Сухумгаз» (начальником которого К.Е Амичба был с 1993 по 2011 гг.).

Был вопиющий случай, когда он лично и напрямую вынужден был вступить в конфликт с человеком, который не хотел возвращать немалое количество награбленных газовых баллонов, считая, что никто не вправе лишать его этого «трофея». Хапуга обнаглел до такой степени, что пригрозил начальнику госпредприятия тем, что в случае необходимости применит оружие. Капитон Естатович был не из робкого десятка, он не поддался угрозам и шантажу грузинских экстремистов еще в 1989г., а мародерам и расхитителям госимущества уступать и не думал. «Стреляй! Стреляй!» – произнес Капитон Естатович со свойственной ему решительностью и хладнокровием и при поддержке своих сотрудников выполнил поставленную перед предприятием задачу. Вот так, шаг за шагом, он смог реанимировать работу огромного хозяйства в тяжелейших блокадных условиях послевоенного времени.

Одновременно он вместе с Сергеем Тания принимал участие в восстановлении Эшерской ГРЭС. Нелегко приходилось Капитону Естатовичу в процессе налаживания не только технической, но и кадровой базы возглавляемой им структуры. Сталкивался нередко с бюрократизмом чиновников. Скоропалительные решения, принимавшиеся нередко в целях так называемых реорганизаций, выбивали службы, возглавляемые им, из ритма. Но при любых обстоятельствах он добивался стабильной работы, уделял особое внимание вопросам безопасности системы газоснабжения.

В послевоенные тяжелые годы Капитон Амичба старался уделять внимание семьям погибших. Он был инициатором их бесплатного обеспечения сжиженным газом. Бывало иногда так, что он сам лично доставлял и устанавливал баллоны и все это делал искренне, от души, с глубоким уважением и желанием хоть как-то помочь пострадавшим семьям.

Капитон Естатович, обладая большим опытом практической работы, подкреплял его знаниями, квалификацией, полученной во время учебы в Сухумском индустриальном техникуме (механический факультет), в Ростовском инженерно-строительном институте, в Сухумском институте субтропического хозяйства (1966-1972). Он завершил учебу в вузе по специальности «инженер-механик». В системе газоснабжения его служба шла по возрастающей: был мастером эксплуатации конторы «Сухумгаз», начальником службы эксплуатации, старшим инженером предприятия (1970-1972). То есть специфику всей этой непростой системы он знал изнутри.

В начале 60-х годов в Абхазию из г. Батуми доставили первую партию газа. Капитон Амичба и его сотрудники добирались на специализированной машине сутки, которая по дороге вышла из строя, но, устранив неполадки, они продолжили путь. Следует отметить, что немало практических навыков приобрел он во время работы нормировщиком литейно-механического завода в г. Сухуме (1956-1958).

Находясь на пенсии, Капитон Естатович не любил сидеть сложа руки, без дела, в замкнутом пространстве своей сухумской квартиры, играя в нарды с соседями или просто знакомясь с сообщениями газет. Он был постоянно занят каким-нибудь полезным делом. Много времени он проводил в родном селе Джгиарда, по-прежнему рачительно ухаживая за плодовыми растениями, поддерживая дом, большое хозяйство. Матери, сестрам, остававшимся там, чтобы сохранить родовой очаг, нелегко было управиться с каждодневными проблемами без крепкой поддержки братьев.

Находясь в Сухуме, временами заглядывал он ко мне домой, интересуясь политикой и тем, как в дальнейшем будет складываться судьба Абхазии, в становление которой он вложил свой скромный вклад. При всех президентах, к которым он относился уважительно, у него было одно неукоснительное требование: жесткий правопорядок, без которого он не представлял себе полноценного развития страны.

Однажды он пригласил ко мне в гости свою двоюродную сестру, известного ученого (о которой я уже рассказал вкратце) Тамару Амичба, приехавшую на краткосрочный отдых в Абхазию, к своим любимым родственникам. Моя мать, которой Тамара Мектиевна также доводилась двоюродной сестрой, и знавшая ее с детства, была безмерна рада неожиданной встрече. Она зарезала курицу, сварила мамалыгу и предложила всем нам пообедать спокойно, не спеша, как говорится, по-семейному, по-родственному. Во время этой беседы я узнал много нового и интересного о судьбе Мектия и его супруги, известного биолога, кандидата наук Зои Ладария. Тамара Мектиевна подарила мне свои мемуары с автографом и добрыми пожеланиями, я в ответ – свой сборник-эссе «Абхазская тетрадь». Капитон Естатович помогал мне в подготовке материалов о семье репрессированного. Ему не давало покоя, что о таких выдающихся людях было написано так мало. Благодаря его настойчивости и поддержке мы с известным поэтом, ученым, общественным деятелем Борисом Гургулиа (в соавторстве) смогли включить биографию видного государственного деятеля М.С. Амичба в Абхазский биографический словарь (АБС), а при поддержке Героя Абхазии, известного врача Апполона Гургулиа (владевшего значительной информацией о М.С. Амичба, его дяде по матери) я опубликовал в газете «Республика Абхазия» обширную статью о жизни и деятельности Мекти Сааткериевича. Немало еще предстоит дел по увековечиванию его памяти.

Капитон Естатович создал прекрасную семью, дал хорошее образование детям, и надежной опорой ему в воспитании замечательных детей была его супруга Лиана Сангулиа.

Капитон и Лиана воспитали своих детей, сына Дмитрия и дочь Асмат, в духе лучших традиций Апсуара – добрыми, отзывчивыми, дорожащими родством, обычаями, традициями, на редкость патриотичными. У Капитона два внука от сына Димы – Яса и Саид.

Казалось бы, Капитон Естатович, закаленный многими испытаниями судьбы, преодолев коварную болезнь, вновь вернется домой и займется своими будничными делами, однако организм не справился с еще более опасными последствиями этой дьявольской болезни.

Тепло души, порядочность, бескорыстие, преданность историческим традициям, безграничное трудолюбие и высокий профессионализм Капитона Амичба – яркий пример подражания для молодежи, которой предстоит достойно нести вперед эстафету священных завоеваний нашего народа.

Он был честен, как говорится, до мозга костей. Таким он покинул этот мир, оставив о себе самые добрые и светлые воспоминания.

Владимир ЗАНТАРИА, поэт, прозаик, публицист, доктор филологических наук, академик АНА, лауреат Государственной премии им. Д.И. Гулиа

Номер:  65
Выпуск:  4069
Рубрика:  общество
Автор:  Владимир ЗАНТАРИА, поэт, прозаик, публицист, доктор филологических наук, академик АНА, лауреат Государственной премии им. Д.И. Гулиа

Источник : Газета “Республика Абхазия

Поделитесь с друзьями

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *