От танцора до актера: история народного артиста Самсона Кобахия

Sputnik.

Страсть к актерству

Как рассказал Батал Кобахия, по документам его отцу Самсону 29 октября исполняется 106 лет, но на самом деле ему бы исполнилось 104 года. Все дело в том, что он хотел, чтобы его взяли танцевать в ансамбль песни пляски, поэтому попросил в сельсовете, чтобы ему переправили свидетельство о рождении с 1914 года на два года назад.

«Так и осталось в анналах истории. Он и сам привык к этой дате, да и мы все привыкли отмечать его юбилей так, как это принято официально», — рассказал он.

Семья Самсона Кобахия родом из села Лыхны, где расположена знаменитая поляна, на которой абхазы издревле изъявляли свою волю.

«Украшением священной поляны, одной из семи главных святынь абхазов, являются сохранившийся в первозданной красоте храм Успения Богородицы 8-10 века, позже ставший усыпальницей последних абхазских владетельных князей, развалины царской резиденции и величественные липы по краям поляны», — говорит Батал Кобахия.

По его словам, еще в раннем детстве Самсон Кобахия прекрасно танцевал. Его дядя, знаменитый Селым, отличавшийся буйным нравом и упрямством, взял на себя обязанности семейного балетмейстера.

«Был он глуховат на одно ухо. Так вот, дед Селым решил взяться за воспитание своего любимого племянника. У него было семь прекрасных дочерей, но поскольку так и не родился желанный наследник, всю свою воспитательную страсть он обрушил на маленького Самсона, именно так звали моего отца», – отметил он.

Продолжая рассказ, Батал Кобахия добавил, что иногда вечерами, когда в доме у деда собирались гости, Селым, демонстрируя свои способности постановщика танцев, заставлял племянника плясать на столе, выделывая пируэты на носках.

«Для остроты ощущений он вытаскивал охотничье ружье и нацеливался на стол с танцующим племянником. Возражать был бесполезно, а главное, небезопасно. Все знали, что он может пальнуть по ногам, если отец во время танца невзначай зацепит посуду или разольет вино. К счастью, сервировка абхазского стола в те архаические времена была не столь обильной и изысканной, так что бьющейся посуды было немного», — говорит Батал Кобахия.

Жизнь с театром 

Впоследствии весть о танцующем на носках мальчике стала известна многим и не могла быть не услышанной знаменитым хореографом Паатой Патарая, который к тому времени уже создал первый танцевальный мужской ансамбль, частенько дававший представления перед первыми лицами государства, как местными, так и приезжими.

«Так в 14 лет, в 1928 году,  папа попал в знаменитый ансамбль, тем самым господь сберег его от возможных непредсказуемых последствий танцевальных вечеров в отцовском доме. Бабушка моя облегченно вздохнула, как говорится, от греха подальше, хотя не по душе ей был фривольный выбор единственного сына. Параллельно он закончил и Сухумский педагогический колледж, раз уж дата рождения была исправлена», — рассказал Кобахия.

В ансамбле Самсон Кобахия танцевал около пяти лет, а потом сбежал оттуда в Абхазскую драматическую студию, для одаренных абхазских детей, открытую в тридцатых годах известным русским режиссером и меценатом Домогаровым, потом был Абхазский театр на долгие годы.

«В 1932 году, кажется, был второй набор. Именно его выпускники стояли у истоков создания первой абхазской профессиональной труппы, в которой непревзойденной примой на все времена была красавица Екатерина Шакирбай, жена и подруга маэстро Домогарова, первая и самая легендарная абхазская актриса», — подчеркнул он.

Всего Домогаров успел выпустить два потока, Самсон Кобахия учился во втором. Практически все выпускники впоследствии стали кумирами публики, будущими корифеями Абхазского театра, войдя в историю как самые первые, просвещенные, прекрасные и талантливые.

«Это Азиз и Разанбей Агрба, Лео Касландзия, Мыта Кове, Михаил Кове, Джарнас Анкуаб, Минадора Зухба, Анна Аргун-Коношок, Шарах Пачалиа и Марица, и многие другие. Каждый из них стал легендой еще при жизни. Среди них, легендарных, был и мой отец», — сказал Кобахия.

Там он и познакомился с Азизом Агрба, который в тот период считался наиболее знаменитым актером в первой абхазской труппе. Славился он еще и тем, что похитил красавицу жену у своего учителя Домогарова, с которой и прожил вместе до конца своих дней, отметил Батал Кобахия.

«Домогаров вскоре уехал. То ли не вынес разлуки с любимой женщиной, то ли посчитал, что сделал уже все для того, чтобы абхазский национальный театр состоялся.  У Азиза было много братьев и сестер. Жили они в соседней деревне, и при первых же гастролях труппы в их родное село Куланурхва отец влюбился в самую младшую из его сестер», — рассказывает Батал.

Они поженились и прожили в счастливом браке всего четыре года.

«За это время она успела родить отцу троих моих старших сестер и брата. Однако рождение младшей, четвертой, дочери подкосило ее здоровье, и в течение месяца она скончалась. К тому времени все сестры отца давно повыходили замуж, так как в основном были старше него», — подчеркнул Кобахия.

По его рассказу, отец в ту пору был незаменим в театре, а бабушка едва справлялась с воспитанием четырех погодков. 

«Моя мама родилась в горном селе вблизи пещеры, где был прикован Абраскил, абхазский Прометей. Открыл в свое время эту пещеру ее дед, известный долгожитель Маджагва. Поляна у пещеры по сию пору называется его именем. Мама была третьей из шести дочерей моего деда Махаза, и к тому времени, побывав около семи лет в замужестве, она вернулась в отчий дом», — рассказал он.

Детей у нее не было, что и стало причиной проявленного к ней интереса.

«Выбор моего отца, а вернее его друзей и родни, пал именно на нее. Причем, увиделись они впервые только на своей собственной свадьбе. Сватовством занялся Джарнас, поскольку он был родом, как и моя мама, из восточной Абхазии и был немного вхож в семью моего деда Махаза», — говорит Кобахия. 

По его словам, никто толком не знал и не поинтересовался, почему у нее не было детей после семи лет замужества.

«И когда она вышла замуж, то родила ему еще шестерых детей и воспитала четверых от его предыдущего брака. Папа иногда шутил, что у американского комика Чарли Чаплина было 12 детей, а у него, абхазского, всего 10, и поэтому он значительно от него отстал», — отметил Батал.

Несмотря на то, что прошло очень много лет с тех пор, как не стало отца, но Батал Кобахия в мельчайших деталях помнит те 30 своих лет, которые имел счастье быть рядом с ним.

«Он был весьма позитивный. Силен был духом. Дома очень спокойный, уравновешенный, в преклонном возрасте стал сентиментален. На людях — фейерверк, фонтан красноречия, просто ураган. Так вот бывает. Но я рад тому, что мне удалось зафиксировать эти его две ипостаси.  Красив был. И баловень. Его все любили. Он никогда не позволял недоброжелательных отзывов ни о ком, даже о тех, кто сыграл в его жизни не самую лучшую роль, о которой я знал. А многое я узнал потом, от других. Но не от него», — сказал замминистра культуры.

Батал Кобахия говорит, что благодарен ему за то, что он с рождения впитал в своих детей любовь к театру, к искусству, к культуре, которой он никак не может насытиться и всегда ищет новых впечатлений. 

«Как ни странно, но вспоминая его, я начинаю улыбаться. Тепло и счастье вползает во все поры моей души. Такой он был, что спустя многие годы его магнетизм действует и помогает выдержать самые сложные испытания», — подчеркнул Кобахия.

В 1964 году Самсон Кобахия ушел из театра. Потом работал в разные годы в Госансамбле песни и пляски, Абхазской Государственной капелле, Доме культуры имени Горького, даже, было время, около года работал в Бюро оркестровых музыкантов.

«Помню, что играл во многих спектаклях, но в голову приходят «Семейство Волковых», «Падение эскадры», «Родина», «Джордж Данден», «Судьба рода Гечба», «Наследники героев», «Без вины виноватые», «Труфальдино из Бергама». Кстати, назвал меня по имени Батал, ибо в день моего рождения отец играл роль Батала в спектакле «Черные гости» Георгия Гулия», — подчеркнул он.

Дочери Самсона Кобахия – Мая и Нателла – тоже играли в театре.

«Мая с 14 до 27 лет. Сестра Нателла в детстве, около двух лет, в роли мальчика пионера, поскольку в театре не было травести», — вспоминает Батал Кобахия.

По словам Батала Кобахия, на старости лет отец играл в спектаклях «Малая земля» и «Кукла».

«Я это помню, так как сопровождал его на гастролях в Ткуарчал, Очамчыру, Гудауту. В моей памяти остались спектакли «Без вины виноватый» и «Труффальдино из Бергамо». Также я помню, что отец играл в спектакле связанном с Великой Отечественной войной, он там играл фрица», — говорит он.

Батал Кобахия говорит, что счастлив тому, что ощутил дух Абхазского театра, который был раньше.

«Я вас уверяю, что был период, начиная с 30-х годов по 80-е годы, когда театр являлся главной культурной площадкой страны. Именно театр вдохновлял нас и во время национального освободительного движения, он вдохновлял на изучение родного языка, мы становились лучше, чем были», — отметил Кобахия.

Кобахия об актере Самсоне Кобахия: дома спокойный, а на людях — фейерверк>>

Самсона Кобахия не стало 17 февраля 1985 года. Как вспоминает сын, его похоронили в Лыхнах 21 числа, в день похорон был жуткий снег,  и очень многие не смогли прийти с ним проститься из-за снегопада.

Источник : sputnik-abkhazia.ru

Поделитесь с друзьями

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *